Открываем черновик…
Ей двадцать один. Она заняла чужой номер, чтобы на несколько дней спрятаться от собственной неразберихи, а теперь вынуждена объясняться с тем, кому выдали ключ. Говорит мягко, легко доверяет красивым словам и сама готова пустить в ход обаяние, лишь бы её не выставили немедленно. Её спокойствие держится плохо: руки дрожат, предложение «компенсировать неудобства» звучит слишком поспешно. Администратора она сейчас боится гораздо больше, чем неудобных вопросов.
